Образование

Палтус с торпедой

100 лет назад названия российских подводных лодок были исключительно «рыбными»

Это сейчас подводные лодки называют в честь знаменитых полководцев, исторических деятелей или крупных городов. А сто с лишним лет назад, когда Россия только начинала обзаводиться подводным флотом, названия субмарин были исключительно «рыбными».
Текст: Антон Белых

Первая полноценная российская подводная лодка, спущенная на воду в 1904 году, называлась «Дельфин». Не совсем рыба, но тоже водный биоресурс. Зато все следующие десятилетия для подводников производилась именно «рыбная» продукция, причем в ассортименте и массово. Как и сейчас, тогда подлодки выпускались сериями, или проектами. Например, в проект «Осетр» входили субмарины с названиями: «Осетр», «Кефаль», «Сиг», «Бычок», «Палтус» и «Плотва». Сделаны они все были по американским чертежам, отдельные фрагменты лодок также производились в США, после чего по частям перевозились в Россию и тут уже собирались. Это было нормальной практикой. До Первой мировой войны Россия заказывала строительство подводных лодок и в Германии, с которой потом пришлось воевать. Некоторые проекты выпускались и на российских верфях. Подобная спешка была вполне объяснима: российский флот терпел чувствительное поражение в русско-японской войне, и подводные лодки тогда представлялись грозным и фактически неуязвимым оружием возмездия в битвах на море.

Лодки типа «Осетр» были всего около 20 метров в длину. Для сравнения: новый атомный подводный крейсер «Владимир Мономах» имеет длину 170 метров. Но тогда у относительно маленьких «Осетров», чей экипаж состоял всего из 12 человек, было неоспоримое преимущество. Огромные японские крейсеры и броненосцы были бессильны против их торпед. Глубинные бомбы, как единственное эффективное оружие против лодок в подводном положении, изобрели лишь в 1914 году, а массово их стали применять только к концу Первой мировой. Боезапас того же «Палтуса» состоял из пяти торпед, причем запускать их можно было из трех торпедных аппаратов: два из них были на носу и один на корме. Понятно, что торпеды вековой давности не были самонаводящимися, но даже с поправкой на не самую точную стрельбу один такой «Палтус» мог запросто пустить на дно пару вражеских кораблей, а в компании с «Плотвой» и «Бычком» и вовсе способен был нанести серьезный урон японскому флоту. Неудивительно, что, узнав о таком подкреплении, японцы предпочли не развивать свой успех в войне, а пошли на мировую. Ну а подлодки проекта «Осетр» честно несли боевое дежурство вплоть до 1913 года, когда на их место заступили более современные субмарины.

На Черном море обстановка в те годы тоже была неспокойной, и для модернизации Черноморского флота царское правительство закупило в Германии три подлодки проекта «Карп». Именовались они, соответственно, «Карп», «Камбала» и «Карась». Компанию в Севастополе им составили лодки «Судак» и «Лосось». Правда, с «Камбалой» произошел трагический случай. На учениях в 1909 году она столкнулась с броненосцем «Ростислав» и затонула. Большая часть экипажа погибла, спасся только лейтенант по фамилии Аквилонов, которого волной смыло с мостика в момент столкновения. Остальным субмаринам повезло больше. Несмотря на довольно частые поломки и мелкие аварии, они дослужили до 1917 года. Затем их списали было в утиль, но начались революция, гражданская война и интервенция, и в результате «Карпа» и «Карася» затопили солдаты Антанты. Лодки проекта «Карп» были уже 40 метров в длину. Торпедный аппарат на них был всего один, но с боезапасом из трех торпед. Зато у «Карпов» имелась еще и легкая пушка калибром 37 мм, с помощью которой лодка могла вести стрельбу, находясь в надводном положении. Погружалась такая лодка на глубину около 30 метров и развивала подводную скорость до восьми узлов. Экипаж состоял из 22 человек.

Революция внесла свои коррективы в названия субмарин. При советской власти появились проекты «Ленинец», «Декабрист» и «Правда», но и рыбную тематику тоже не забыли. В тридцатые годы появился проект «Щука», который многие знают по фильму «Командир счастливой “Щуки”». Лодки этого проекта участвовали в Великой Отечественной, сражаясь с фашистским флотом. Из 44 «Щук» погибла 31 субмарина, но и урон немцам они нанесли немалый, потопив более 50 различных судов — как военных, так и транспортных. Шесть «Щук» за свои подвиги получили звание гвардейской подводной лодки, 11 были награждены орденом Красного Знамени.

«Щука» даже по нашим меркам была солидной субмариной. Ее длина составляла 57 метров, вооружение — шесть торпедных аппаратов, две пушки и два зенитных пулемета для борьбы с самолетами, охранявшими вражеские корабли. Примечательно, что многие лодки проекта «Щука» тоже имели «рыбные» названия: «Кета», «Налим», «Судак», «Язь», «Форель», «Треска». Некоторым удалось пережить всю войну. Например, «Судак» нес службу до декабря 1956 года.

После войны увлечение «рыбной» тематикой стало сходить на нет. Наверное, и потому, что конструкторы уже перебрали все популярные виды рыб. Не называть же подводную лодку «Пиленгасом» или «Пангасиусом». Хотя некоторые примеры «ренессанса» случались. Например, уже в конце восьмидесятых небольшую лодку для разведывательных и диверсионных операций на мелководье назвали «Пираньей». Вооружение у нее было скромное, зато она могла принять на борт группу боевых пловцов и незаметно доставить их к вражескому берегу. «Пираний» было выпущено всего две, и проявить себя в полной мере они не успели: Советский Союз распался, и о диверсионных операциях все позабыли. Зато эту лодку многие видели в фильме «Особенности национальной рыбалки»: именно на ней Кузьмич с товарищами ходил в Финляндию возвращать забытую водку.

Можно вспомнить послевоенные субмарины семидесятых годов проектов «Налим» и «Навага», которые уже были оснащены баллистическими ракетами. Ну а наиболее грозным оружием российского ВМФ долгое время были атомные крейсеры проекта «Акула», самые большие подводные лодки в мире. Одна из них, «Дмитрий Донской», до сих пор находится в строю. Его модернизировали под стрельбу новейшими ракетами «Булава», так что он по-прежнему представляет собой серьезную силу под стать имени своего проекта. Еще две аналогичные субмарины находятся в резерве ВМФ. В строю и подводные корабли проектов «Кальмар» и «Дельфин». Правда, сейчас на вооружение поступают подводные лодки проекта «Борей», которые называются в честь Александра Невского, Владимира Мономаха, Юрия Долгорукого и других великих исторических личностей. Но рыбная тема из жизни подводников все равно никуда не денется. Кроме рыб, под водой других попутчиков нет.

Кстати, некоторые подводные лодки использовались и для проведения научных ихтиологических исследований, как, например, две подводные лаборатории проекта «Бентос-300». Их построили еще в семидесятые годы по заказу Министерства рыбного хозяйства СССР, а портом приписки был Севастополь. По своим возможностям это были уникальные лаборатории, рассчитанные на 12 человек. К сожалению, после распада СССР оба «Бентоса» отошли Украине, которой они оказались не нужны. Одну лодку разрезали на металл, вторую попросту затопили. Впоследствии ее подняли со дна, но восстановлению она уже не подлежит. Вряд ли, конечно, для ученых сейчас специально построят новую подводную лабораторию, но вот использовать какую-нибудь сверхмалую и списанную субмарину для исследований можно было бы очень даже эффективно.

Фото: Владимир Саяпин/ТАСС, Евгений Халдей/РИА Новости, Алексей Межуев/ТАСС, Алексей Межуев/ТАСС

 


Опубликовано в категории:

Образование | 16.03.2018



Обсудить