Образование

На краю света

В Калининградской области речной угорь — это кулинарная визитная карточка региона

«На краю света» — это название одного из эпизодов «Пиратов Карибского моря». Калининградскую область, с одной стороны, так не назовешь. Это не необитаемые острова в Индийском океане, где развлекались Джек Воробей и его приятели с пиратскими наклонностями. С другой стороны, в некотором смысле Калининградская область — это тоже остров или, говоря по-научному, эксклав Российской Федерации. Анклавом область является как раз для Литвы и Польши. Трудиться здесь, в окружении других стран, законов и особенностей менталитета, непросто. С другой стороны, при всех геополитических сложностях Калининградская область отнюдь не похожа на осажденную крепость. Здесь идет такая же работа, как в других регионах, и задачи местного теруправления Росрыболовства мало чем отличаются от остальных. Хотя особенности все же есть.
Текст: Антон Науменко

«Вы видели когда-нибудь стекловидную личинку речного угря? — спрашивает врио руководителя Западно-Балтийского ТУ Росрыболовства Александр Жуков. — Да-да, она абсолютно прозрачная, причем настолько, что если ее положить на страницу книги, то через нее можно будет читать».

Речной угорь — это кулинарная визитная карточка региона, ценная промысловая рыба, обладающая отличными вкусовыми качествами. Обитает взрослый угорь в реках Европы, а у нас в основном именно в Калининградской области. К сожалению, сейчас наблюдается устойчивый спад популяции угря и требуются срочные меры по ее восстановлению.

«Эта задача не такая простая, и связано это прежде всего с особенностями развития самой рыбы, — рассказывает Александр Жуков. — Дело в том, что нерестятся взрослые особи не в пресной воде, как, например, лососевые, а наоборот. Угри плывут несколько тысяч километров в соленые и теплые воды Саргассова моря. Только там, на большой глубине, они мечут икру. Поэтому их невозможно разводить в искусственных водоемах или рыбхозяйствах».

В этом вопросе Западно-Балтийское ТУ Росрыболовства активно сотрудничает с Евросоюзом, который развивает программу, направленную на восполнение мировых запасов угря. Конечно, сложностей хватает. Например, сейчас действует мораторий на продажу личинки угря странам, не входящим в Евросоюз, в том числе и в Россию.

«Сейчас из-за запретов стекловидную личинку угря невозможно привезти в Калининградскую область, поэтому правительство Калининградской области совместно с Федеральным агентством по рыболовству разрабатывает вопрос о завозе личинки из Марокко, — говорит Александр Жуков. — Процедурные вопросы уже практически решены, и в скором времени личинки будут завезены на территорию области для подращивания и дальнейшего ее выпуска в Куршский и Калининградский заливы Балтийского моря».

Для нереста угри плывут не из моря в реки, как большинство других рыб, а наоборот, совершают путешествие в теплые воды Саргассова моря. Вот только популяцию угря надо срочно восстанавливать, иначе путешествовать скоро будет некому.

 

Взаимодействие со странами ЕС касается других направлений. Как известно, Балтийское море является одним из самых загрязненных в мире. Виной тому и утечки нефтепродуктов, и смывы с полей прибрежных стран, и затопленное здесь по окончании Второй мировой войны химическое оружие. Загрязняли все вместе, теперь совместными усилиями пытаются восстановить популяции редких видов водных биоресурсов, таких как беломорско-балтийский подвид кумжи, занесенный в Красную книгу, или атлантический осетр, которого в природе уже практически не осталось.

Проблема заключается в том, что в Калининградской области катастрофически не хватает рыбоводных мощностей. В регионе лишь одно государственное предприятие, которое занимается искусственным воспроизводством, — экспериментальный рыбоводный цех Калининградского филиала ФГБУ «Главрыбвод». Сейчас там в основном разводят сига. Мощность этого предприятия составляет примерно 350 тысяч мальков в год, из которых 150 тысяч выделено для реализации госзадания. Остальные мощности можно использовать для выполнения компенсационных мероприятий. Но 200 тысяч оставшихся мальков — крайне мало для того, чтобы компенсировать весь ущерб, который наносится рыбе в этом индустриальном регионе. А частных рыбозаводов здесь фактически нет. Отчасти проблемы с компенсациями можно решить, если заменить их работами по мелиорации. Законодательство такую возможность предусматривает.

Балтика — это не Дальний Восток, рыбы здесь намного меньше. Но и ее надо сохранять и приумножать, чем активно и занимаются сотрудники Западно-Балтийского теруправления Росрыболовства.

 

Александр Жуков подчеркнул, что в комплексе мелиоративных мер первоочередная — это решение проблемы сохранения и углубления нерестовых и преднерестовых районов рек возле заливов.

Помимо задач по воспроизводству рыбы и решению экологических проблем, никто не отменяет и рутинной, но не менее важной работы по борьбе с браконьерством. За шесть месяцев 2017 года в результате рейдов выявлено свыше 1100 правонарушений. Кстати, ловят в основном своих, калининградских браконьеров, гастролеры из соседней Литвы попадаются редко: два-три случая в год.

Примечательно, что природоохранное законодательство в соседних странах намного жестче. В Польше и Литве административные штрафы за ловлю сетями доходят до 50 тысяч рублей, если пересчитать по текущему курсу евро. А в Калининградской области за «сетку» выписывают от двух до пяти тысяч рублей, что нарушителей не особо пугает.

«Думаю, штраф порядка 20 тысяч рублей вполне оправдан будет в России для этой категории нарушителей, — подчеркивает Александр Жуков. — Суммы штрафов должны в первую очередь зависеть именно от применяемых орудий лова. А сейчас получается такая ситуация, что мы одинаково штрафуем и тех, кто незаконно использует сети, и тех, кто ловит удочками, просто в неположенном месте. Понятно, что вред от сетного лова будет намного более ощутимым».

Проблемы у рыбоохраны такие же, как и везде. По техническому оснащению она вынуждена догонять самих браконьеров, которые оснащены современными лодками с мощными двигателями, высококлассными системами навигации и тепловизорами. В скором времени Западно-Балтийское ТУ рассчитывает получить дрон, который будет помогать контролировать ситуацию на водоемах. Но одним дроном браконьера не поймаешь, и опираться приходится на людей, многие из которых работают прежде всего на энтузиазме.

«Зарплата инспектора рыбоохраны должна быть приравнена к зарплате полицейского и составлять не менее 40 тысяч рублей, — считает Александр Жуков. — Тогда у нас не будет дефицита специалистов. Сейчас мы опираемся на тех, кто работает в основном за идею. Это золотые люди, на которых держится рыбоохрана, но и государство должно обеспечить необходимую мотивацию их нелегкого и порой рискованного труда».

Начальник Неманского межрайонного отдела Западно-Балтийского теруправления Росрыболовства Александр Семенчатенко — как раз из тех, кто работает по зову сердца. Он вырос на берегу залива, и вся его жизнь связана с водой. Если в детстве другим ребятам покупали мопеды, то ему отец купил лодку с мотором. Больше 20 лет назад он пришел сюда работать. На вопрос о том, в чем заключается для него смысл этой работы, он ответил: «Не всем же рыбу ловить, должен кто-то и охранять, чтобы сберечь природу».


Поделиться в социальных сетях:

Опубликовано в категории:

Образование | 20.11.2017


Другие публикации