Китайский след — Журнал "Русская рыба"

Потребитель   №3 /июль-август 2020/

Китайский след

В нашу страну активно поступает черная икра из Китая, которая переупаковывается здесь и выдается за российскую

В нашу страну активно поступает черная икра из Китая, которая переупаковывается здесь и выдается за российскую. Она дешевле той, что производят отечественные аквакультурные хозяйства, но незаконно использует нашу репутацию качества, чем осложняет работу российских рыбоводов. Но, вероятно, вскоре поступление этого продукта на наш рынок значительно снизится из-за экологических проблем в Поднебесной.

Текст: Сергей Сибиряк

Осетроводство в Китае начало активно развиваться в середине 1990-х годов при значительной государственной поддержке, рассказывает начальник отдела молекулярной генетики ФГБНУ ВНИРО Николай Мюге. Именно тогда китайские компании стали активно закупать оплодотворенную икру разных видов осетровых в Конаково, Астрахани и Краснодаре, которые в то время были лидирующими центрами разведения осетров. Так что видовой состав на первых этапах был абсолютно такой же, как и в России. Кроме того, китайцы активно ввели в аквакультуру два вида, обитающие в пограничной с нами реке Амур — амурского осетра и калугу. Ранее усилиями советских ученых Николюкина и Бурцева была показана хорошая перспектива выращивания гибридных форм осетровых, был создан знаменитый бестер (гибрид белуги и стерляди). Китайцы быстро переняли этот опыт и использовали его для создания гибрида калуги и амурского осетра. Поэтому сейчас в Китае разводятся почти все массовые виды осетровых, но основной продукцией являются как раз упомянутый гибрид и сибирский осетр. По имеющимся данным, одно из крупнейших осетроводческих хозяйств Китая — Kaluga Queen — поставляет в Россию икру гибрида калуги и сибирского осетра примерно поровну. Но более точной статистики на данной момент нет, так как эта входящая икра никак не проверяется.

Китайский продукт получается значительно дешевле, чем российский. Стоимость осетровой икры у легальных российских производителей, по данным Союза осетроводов, в среднем составляет 35–40 тыс. руб. за килограмм. В магазинах наценка на эту продукцию может быть 40–50%. В то же время икра, добытая незаконно браконьерами, стоит около 18 тыс. руб. за килограмм. Импортная черная икра дешевле отечественной, за нее просят $180–250 за килограмм. Как видим, разница значительная.

Поэтому у некоторых российских предпринимателей и возникает соблазн упаковать такую икру в банки с этикеткой российского производителя и продать ее подороже. Раньше казалось, что это легче сделать, если уже имеешь в России свое осетровое производство, хотя бы и небольшое. Однако здесь мы имеем уже откровенный подлог, с которым довольно успешно разбираются правоохранительные органы. В том числе, в этом помогает введенная в 2018 году система «Меркурий», которая предназначена для отслеживания партий легальной продукции.

Но за черной икрой устойчиво закрепилось мнение, что это русский бренд, и у нас в стране вряд ли кому-нибудь удастся продать китайский деликатес с иероглифами. «На имидже китайской черной икры самым прямым образом отражается та репутация, которую все китайские товары с брендом made in China заслужили еще в конце прошлого века. Некоторое время назад китайская икра действительно была гораздо более низкого качества, чем российская, — замечает Николай Мюге. — Теперь это уже часто не так, и продукция легальных китайских производителей может быть и не хуже».

Но помимо давно приклеившегося ярлыка, который непросто отодрать, вдруг возникла другая проблема, причем, вовсе не по вине самих китайцев. Теперь уже российские предприниматели предпочитают перевозить черную икру через границу нелегально.

Но здесь нужны уже криминальные каналы. А они представляют собой те же преступные группировки, которые незаконно занимаются и добычей дикой икры. У них же есть и отлаженная сеть сбыта. В результате даже изначально хорошая китайская икра под видом русской стоит на прилавке вместе с самодельной браконьерской, приготовленной в кустарных условиях, и уже невозможно понять, где качественная, а где самодельная. Кроме того, при нелегальной перевозке через границу технология хранения и транспортировки, скорее всего, многократно нарушена, отсюда качество и безопасность такого деликатеса становятся сравнимы с любой другой нелегальной икрой на рынке.

В последние годы стало особенно заметно, что ситуация с незаконно добытой дикой икрой тесно переплетается с китайской темой. В лабораторию ВНИРО правоохранительные органы приносят изъятую на рынках столицы икру на генетический анализ. Раньше почти вся браконьерская продукция имела каспийское происхождение и привозилась в Москву из Астрахани, Калмыкии, Дагестана и даже Казахстана. Но в настоящее время доминирует икра амурского осетра и калуги — видов, обитающих в реке Амур. И тот же видовой состав идет из Китая.

«Такое впечатление, что вся икорная мафия просто переехала из одного региона в другой, так как икряных самок в Каспийском море почти не осталось. А все каналы реализации, хранения и переработки остались те же, — замечает Николай Мюге. —  На рынках у одного продавца можно встретить и икру с Дальнего Востока, и из Каспия;  продавец иногда сам уже не знает, чем торгует. Одновременно с российской там же можно встретить и банки, и пластиковые контейнеры с китайской икрой, причем никаких документов на китайскую продукцию у него не будет, а на коробках надписи с иероглифами».

Но каспийская икра встречается все реже и реже — если вдруг кому-то повезет добыть крупную белугу, русского осетра или севрюгу. Зато в последнее время все больше попадаются на рынках мелкие осетры, возраста 4–5 лет, которым еще бы жить до созревания лет пять. Но таких метровых осетрят везут сотнями и продают на рынках копчеными.

«Честно говоря, смотреть на это варварство очень тяжело, понимаешь, что при таком хищническом отношении ни о каком восстановлении природных популяций говорить не приходится. Надо на море наводить порядок», — отмечает Николай Мюге.

Браконьеров в России еще много, но, к счастью, их жизнь становится все труднее. Помимо того, что добыча из-за сокращения запасов и внимания рыбоохраны становится все рискованнее, и российские правоохранительные органы проводят проверки на рынках, в основном, ориентируясь на предпраздничные дни. Именно в период высокого спроса на рынки завозится особенно много нелегальной продукции.

К примеру, 25 декабря 2019 года Главное следственное управление Следственного комитета России по городу Москве выпустило пресс-релиз, в котором сообщило, что были задержаны женщина и трое мужчин, у которых в ходе обыска изъяли 450 килограммов черной икры. Они пытались организовать ее сбыт. Возбуждено уголовное дело по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 258.1 УК РФ (незаконные приобретение, хранение, перевозка и продажа производных особо ценных водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу Российской Федерации, совершенные группой лиц по предварительному сговору или организованной группой).

Порядок же на китайском рынке уже наводит китайское правительство, которое вынуждено это делать, принимая во внимание несколько обстоятельств. Поэтому наплыв дешевой китайской черной икры — это явление, скорее всего, временное.

Китайцы сами осознали, что в стране перепроизводство, и начали активно его тормозить. Но осетроводство — это не маленькая фабрика, где можно быстро наладить выпуск товара и так же быстро остановить. Осетры — долго созревающие рыбы, и если сейчас начать сокращать получение молоди и закладку товарных стад, то эффект будет ощутим только через несколько лет. Тем не менее этот процесс в Китае уже запущен.

На китайских осетроводов давит еще и экологическая проблема. Основной способ выращивания осетров в Китае — это огромные садки, установленные в водохранилищах, и таких садков сотни и тысячи. Все отходы жизнедеятельности попадают в воду, что пагубно отражается на качестве воды. А для густонаселенного Китая качество воды — это серьезная проблема. В итоге правительство приняло закон «cages out», запрещающий разведение осетров в садках, что заставляет рыбоводов переносить стадо в бассейны на берегу, строить очистные сооружения, энергетику. В итоге рентабельность значительно упала, и через несколько лет можно ожидать, что количество китайской икры станет на рынке меньше. Российским осетроводам, соответственно, станет легче.

СИТЕС — это международная конвенция, контролирующая трансграничную торговлю видами, находящимися под угрозой уничтожения. В списках СИТЕС не только осетры. Там есть и белые медведи, слоны, носороги и другие виды, угроза существования которых во многом зависит от их ценности как объекта международной торговли. Для России это было очень важно в тех же 1990-х годах, когда черную икру начали вывозить тоннами в Европу и США. С 1997 года осетры включены в списки СИТЕС, и с этого времени объемы вылова (и, соответственно, максимальные объемы экспорта) были ограничены квотами, дававшимися каждой из прикаспийских стран. В какой-то степени это несколько замедлило разгром осетров на Каспии, но на внутрироссийский рынок тогда это почти никак не повлияло. Так что можно сказать, что такое национальное достояние как осетры Каспийского моря в большей степени было съедено внутри страны.

В настоящее время основная задача СИТЕС — это контроль, чтобы под видом легальной аквакультурной икры на экспорт из России не уходила икра браконьерская. Для этого более 15 лет назад была разработана система генетической паспортизации аквакультурных стад, и проводится генетический анализ каждой партии икры, экспортируемой из РФ. Следует отметить, что икру, поступающую из России в Европу и Америку, на входе проверяют так же тщательно, поэтому российские экспортеры сами заинтересованы в том, чтобы их продукция полностью соответствовала сертификатам, выдаваемым российским СИТЕС. Со времени введения системы генетической идентификации у российских экспортеров ни разу не возникало проблем с принимающими странами, хотя до этого аресты больших партий ввезенной продукции были довольно обычным делом.


Поделиться в социальных сетях:

Опубликовано в категории:

Потребитель | 25.08.2020 №3 /июль-август 2020/